От «McCartney» Пола до «Ringo» Ринго — некоторые из лучших пластинок «ливерпульской четвёрки» появились уже после того, как самой группы не стало

Автор: Киллиан Фейт-Келли

В апреле 1970 года Пол Маккартни объявил то, о чём к тому моменту уже столько раз ошибочно писали, и поверить в это было почти невозможно: Битлз, самая великая группа в истории популярной музыки, распалась. В течение недели Маккартни выпустил первый сольный альбом, а до конца года сольные пластинки появились и у остальных участников.

С тех пор бывшие участники Битлз в сумме выпустили около 85 альбомов — точное число зависит от того, как считать сольные, концертные, экспериментальные, архивные и совместные релизы. Для слушателя, который хочет выйти за пределы компактной дискографии Битлз из двенадцати студийных альбомов, это огромный массив. Но именно в этих пластинках, по мысли автора, можно лучше понять, как работала сама группа: кто в чём был силён, кому чего не хватало, чьи инстинкты уравновешивали друг друга и что происходило, когда рамки Битлз исчезли.

GQ отобрал десять альбомов и выстроил их в рейтинг.

Десятое место: Ринго Старр — «Ringo» (1973)

Лучшей сольной работой Ринго автор называет альбом «Ringo» — во многом потому, что Старру удалось собрать вокруг себя всех трёх бывших коллег по Битлз, а также Рэнди Ньюмана, Гарри Нилссона, Марка Болана и других музыкантов. Это не особенно помогает отбиваться от старого ярлыка «наименее талантливого битла», но сам альбом от этого не становится менее обаятельным.

Главная ценность пластинки — ощущение почти воссоединения Битлз после распада, пусть и без того, чтобы все четверо одновременно оказались на одной записи. Лучшей песней автор считает «Photograph», написанную Джорджем Харрисоном: в собственном исполнении Харрисона она вряд ли сработала бы так же, но для более лёгкой и жизнерадостной манеры Ринго подошла идеально.

Отдельно выделены ленноновская «I’m the Greatest» и собственная песня Старра «Oh My My». Общий тон альбома автор описывает как радостную встречу талантливых музыкантов, которые, кажется, просто получают удовольствие. Это единственный альбом Ринго в списке.

Девятое место: Пол Маккартни — «Chaos and Creation in the Backyard» (2005)

Этот альбом автор называет «чистым Полом»: причудливые, иногда почти взбалмошные идеи здесь обёрнуты в точные ритмические и мелодические конструкции. В результате песни звучат так, будто иначе они и не могли быть написаны: именно эти слова должны были лечь именно на эту музыку.

В качестве примера приводится открывающая «Fine Line». Исходная идея песни не выглядит очевидным материалом для поп-хита, но Маккартни делает из неё убедительную вещь: помогают настойчивое фортепиано и чёткая работа ритм-секции.

«Friends to Go» описана как посвящение Джорджу Харрисону, умершему за несколько лет до выхода альбома. Но особенно удачной автор считает «Anyway», где музыка становится мягче и свободнее. При этом альбом не лишён банальных моментов: в качестве примера приводится строка из «Follow Me». И всё же в целом пластинка показывает, насколько острым оставалось чувство песни у сэра Пола спустя три с половиной десятилетия после распада Битлз.

Восьмое место: Пол Маккартни — «McCartney» (1970)

Автор видит в первом сольном альбоме Маккартни своего рода демонстрацию независимости. Возможно, пишет он, Пол хотел показать бывшим коллегам, что могло бы получиться, если бы они больше доверяли его воле. На этой пластинке он сам записал почти все партии, а затем наложил их друг на друга в более шероховатой, домашней манере — заметно менее отполированной, чем поздние записи Битлз.

После выхода альбом критиковали за ощущение недоделанности и слишком сырой звук. Но с дистанции времени, считает автор, эта простота выглядит сильной стороной. Альбом воспринимается как освобождение от прежних оков. Его атмосфера строится не столько на связном повествовании или ясном послании, сколько на деталях звучания: странных маленьких шумах, фрагментах, фактуре.

Главная песня пластинки — «Maybe I’m Amazed». Здесь, по словам автора, Маккартни выстраивает вокруг одной фразы целую драматическую конструкцию и доказывает, что его голос способен выдержать такую нагрузку.

Седьмое место: Пол Маккартни — «Flaming Pie» (1997)

«Flaming Pie» описан как возвращение Маккартни в форму после нескольких менее удачных работ и периода, когда он выпускал не так много нового материала. Автор считает, что здесь Пол звучит почти максимально свободно: он никому ничего не доказывает, но и не пытается выдавить из себя образ, которого на самом деле нет.

Заглавная песня держится на почти бессмысленном, почти абсурдистском потоке образов, но Маккартни исполняет её с такой уверенностью, что слушатель принимает эту игру. «Calico Skies» начинается как нежная фолковая песня о любви, а затем почти незаметно превращается в антивоенное высказывание.

По мнению автора, простота этих песен тщательно выстроена, но звучит естественно. Она показывает, насколько сэр Пол к этому этапу карьеры научился доверять себе как сольному автору.

Шестое место: Джордж Харрисон — «Living in the Material World» (1973)

Четвёртый сольный альбом Харрисона — и второй после распада Битлз — автор относит к его главным работам как вокалиста и гитариста. «Give Me Love» приведена как пример песни, где Харрисон демонстрирует мастерство, но не уходит в «утомительную» виртуозность. Отдельно отмечено слайд-гитарное соло в «The Light That Has Lighted the World».

Автор пишет, что бесконечный поиск духовного просветления, характерный для музыки Джорджа, здесь проявляется и в сильных, и в менее удачных формах. Но на альбоме есть и лёгкость. «Sue Me, Sue You Blues» названа удачной сатирой на юридические войны после распада Битлз.

Работа Харрисона с Филом Спектором, продюсером «Let It Be», по мнению автора, помогает сделать альбом важным шагом к тому, что позже можно будет воспринимать как исповедальную поп-музыку. При этом пластинка спокойнее самых захватывающих моментов «All Things Must Pass», но в ней достаточно движения и ритмической энергии, чтобы удерживать внимание.

Пятое место: Пол Маккартни — «Ram» (1971)

«Ram» автор называет необычно колючим и местами довольно язвительным альбомом Маккартни. Леннон воспринял «Too Many People» как выпад в свой адрес и ответил песней «How Do You Sleep?» с альбома «Imagine».

«Ram» был встречен резко. Леннон, что неудивительно, говорил, что ненавидит альбом, и язвительно называл его безликой фоновой музыкой. Ринго тоже отзывался о пластинке плохо: он говорил, что она его расстраивает, потому что, по его мнению, там нет ни одной хорошей песни, и переживал, что Пол «становится странным».

Сегодня, пишет автор, «Ram» часто считают пластинкой, которая, возможно, изобрела инди-поп — или по крайней мере предложила новый подход к поп-музыке: более серьёзный, странный, изобретательный, но всё ещё рассчитанный на широкую аудиторию.

«3 Legs» автор считает ещё одним выпадом в адрес Леннона; песня развивается через причудливую цепочку стилей, вряд ли возможную внутри Битлз. «Heart of the Country» автор выделяет за необычное сочетание психоделики и акустической лёгкости. В финале раздела он пишет, что поклонники Битлз и Маккартни до сих пор спорят об этом альбоме: одни его горячо любят, другие остаются равнодушными. Но ясно одно: после прохладно принятого дебюта «Ram» был не отступлением, а шагом ещё дальше в выбранном направлении.

Четвёртое место: Джон Леннон — «Plastic Ono Band» (1970)

Когда «Plastic Ono Band» вышел, критики встретили его неоднозначно. Некоторым казалось, что альбом воплощает худшие инстинкты Джона: склонность к демонстративной жалости к себе и желанию поучать всех вокруг. В качестве примеров автор довольно резко упоминает «Working Class Hero» и «Love», которая, по его мнению, похожа на простую детскую песню — такую, за которую Леннон в битловские годы наверняка укорил бы Пола.

Но время, считает автор, всё больше работает в пользу этой пластинки. Причина не только в музыке, но и в том, что альбом даёт прямой доступ к внутреннему состоянию Джона в момент записи.

Музыкально автор выделяет пение Леннона в «God», которому, по его мнению, мало кто из современников мог соответствовать. «Mother» названа мощным, оголённым криком-песней, а «I Found Out» — вещью, способной поспорить с Led Zeppelin на их территории злого блюз-рока. В целом «Plastic Ono Band» описан как цельное, смелое художественное высказывание, которое лучше слушать от начала до конца.

Третье место: Джон Леннон — «Imagine» (1971)

«Imagine», по мнению автора, более удобен для слушателя, чем «Plastic Ono Band», но при этом столь же жёстко подчинён художественной воле Леннона. Это одновременно плюс и минус: альбом проповедует, маневрирует, увлекает и ускользает.

Заглавная песня названа музыкально аккуратной и впечатляющей, но текстово — автор оговаривается, что это спорная оценка, — похожей на манифест двенадцатилетнего. Следующая за ней «Crippled Inside» названа ироничной, язвительной и совершенно превосходной песней, а также скрытым выпадом в адрес Маккартни.

Диапазон альбома автор считает впечатляющим: рядом с «Imagine» и «Crippled Inside» он ставит более сырую и честную «Jealous Guy» и традиционную блюзовую «It’s So Hard». В итоге, пишет автор, на «Imagine» слышен почти весь диапазон Леннона. Но успех «Crippled Inside» доказывает лучше любой биографии, что Леннон, вероятно, был особенно силён, когда позволял себе быть немного неприятным человеком.

Второе место: Джордж Харрисон — «All Things Must Pass» (1970)

Распад Битлз стал для Харрисона моментом освобождения. Автор называет его вечным «дружкой» при двуглавой «невесте» Леннон—Маккартни: прежде он долго оставался в тени двух главных авторов группы, но после распада наконец получил возможность показать, что накопил за эти годы. Заглавная песня, «Isn’t It a Pity» и несколько других вещей раньше предлагались Битлз, но были отвергнуты.

С выходом «All Things Must Pass» Джордж, по мысли автора, вышел из этой тени победителем. Главный хит — «My Sweet Lord»: он позволил Харрисону соединить духовные интересы с яркой и лёгкой музыкой. Но настоящей вершиной автор считает «Awaiting on You All», где сильнее всего слышна госпел-энергия и религиозный подъём Харрисона..

Альбом чуть снижает себе оценку из-за третьей пластинки с длинными джемами, которые автор считает самодовольными. Но даже для них, добавляет он, есть своё время и место.

Первое место: Пол Маккартни и Wings — «Band on the Run» (1973)

Первое место GQ отдаёт «Band on the Run». Перед записью два участника Wings ушли из группы, и Маккартни пришлось играть на альбоме партии баса, барабанов и перкуссии и большую часть партий соло-гитары. Во время работы над пластинкой в Лагосе Пола и Линду ограбили, и у них среди прочего украли сумку с текстами и демо.

Автор пишет, что сам альбом, как и его песни, не должен был сработать — но в итоге сработал мощно и почти чудесным образом. Во многих песнях есть почти бессмысленные строки, которые благодаря ритму и музыке звучат так, будто они совершенно на своём месте.

Главная причина успеха альбома, по мнению автора, — его полная раскованность, в том числе свобода от требований «разумного» языка. Заглавная песня начинается мягко, туманно и обманчиво медленно, затем уходит в странную, мрачноватую вторую часть с барочным оттенком и синтезаторами, а потом раскрывается в радостную центральную тему с упругим басом и энергичной акустической гитарой.

В остальных песнях, считает автор, тоже нет провалов. Альбом движется через перепады энергии — громко и тихо, быстро и медленно — и служит одним из самых убедительных доказательств главного таланта сэра Пола: он умел писать поп-песни так, как никто другой.

В фан-сообществах Пола Маккартни снова обсуждают возможное делюкс-переиздание альбома Wings «Back To The Egg».

Поводом стал пост участника группы Paul McCartney Official Fan Group. Он рассказал, что поговорил с барабанщиком Wings Стивом Холли после концерта и спросил его о делюкс-издании «Back To The Egg». По его словам, Холли ответил, что релиз «выйдет в следующем году».

Это сообщение уже разошлось по фанатским форумам и блогам, включая Steve Hoffman Music Forums и японский блог LightNews. Официального анонса от Пола Маккартни, MPL или PaulMcCartney.com пока не было.

«Back To The Egg» вышел в 1979 году и стал последним студийным альбомом Wings. В записи участвовали Пол и Линда Маккартни, Денни Лейн, Лоренс Джубер и Стив Холли.

Поклонники давно ждут расширенное переиздание «Back To The Egg» в рамках архивной серии Маккартни. Последним крупным релизом Paul McCartney Archive Collection остаётся «Flaming Pie», выпущенный в 2020 году.

King Crimson и Роберт Фрипп анонсировали серию прослушиваний в лондонском зале Polygon Portal, специализирующемся на 360-градусном пространственном звуке.

Главным событием станет премьера нового пространственного микса альбома «Islands» 1971 года. Микс подготовил Стивен Уилсон; переиздание альбома выйдет 25 сентября.

«Islands» выпустят на CD/Blu-ray и виниле. В издание на CD и Blu-ray войдут новые миксы в Dolby Atmos, 5.1 DTS-HD MA 24/96 Surround и 24/96 Hi-Res Stereo, сделанные Уилсоном, а также новые Elemental Mixes всего альбома в 24/96 Hi-Res Stereo от Дэвида Синглтона.

Blu-ray также будет включать ремастер к 30-летию альбома, полные студийные сессии сентября 1971 года и запись «Live at Summit Studios» марта 1972-го в квадрофоническом звуке.

Виниловое издание получит новый Elemental Mix 2026 года от Дэвида Синглтона. Альбом будет выпущен на 200-граммовом виниле, изготовленном на лондонской Vinyl Factory.

Мик Джаггер рассказал, как Пол Маккартни записывался с The Rolling Stones в Лос-Анджелесе.

«Да, это было здорово. Он пришёл на одну сессию, мы были в Лос-Анджелесе. Он работал два дня и сыграл в одной песне», — заявил Джаггер.

По словам Мика, это была «панковская песня», а партия баса получилась «скорее фанковой».

Джаггер также отметил, что раньше они с сэром Полом не играли вместе: «Я пел с ним раньше, но мы никогда по-настоящему не играли вместе — музыку или на инструментах. Он очень быстро схватывал».

Музей The Beatles Story в Ливерпуле выделил 280 бесплатных вечерних билетов для жителей Мерсисайда к Всемирному дню Битлз.

Акция пройдёт 25 июня 2026 года. Победители розыгрыша смогут попасть на специальное вечернее мероприятие Global Beatles Night.

Гостям обещают специальную программу после закрытия музея, беседы с экспертами, живую музыку, угощения и розыгрыш призов, связанных с Битлз. Каждый победитель получит два билета.

Заявки принимаются через сайт The Beatles Story до 23:59 21 июня. Участвовать могут только жители Мерсисайда: для подачи заявки нужно указать почтовый индекс, а победителей выберут случайным образом.

Новый сольный альбом Пола Маккартни «The Boys of Dungeon Lane» дебютировал на первом месте сразу в трёх хит-парадах Billboard.

Пластинка возглавила чарты Top Album Sales, Vinyl Albums и Indie Store Album Sales. При этом в основном альбомном рейтинге Billboard 200 она стартовала на пятой строчке.

За неделю, завершившуюся 4 июня, альбом набрал 63 тыс. эквивалентных альбомных единиц в США. Продажи составили 59,5 тыс. копий, из них 32 тыс. пришлись на винил.

«The Boys of Dungeon Lane» также стал 22-м альбомом Маккартни, попавшим в топ-10 Billboard 200 после распада Битлз. В этот подсчёт входят и его релизы с Wings.

Пол Маккартни одобрил песню. Звукозаписывающая компания её возненавидела. Как экзистенциальный поп-рок-шедевр неожиданно сделал своих создателей суперзвёздами по обе стороны Атлантики

В июле 1979-го во время интервью журналу Rolling Stone Пола Маккартни спросили, какую музыку он слушает в тот год. Он ответил, что ему нравятся Squeeze, The Jam и Элвис Костелло, но особо выделил две песни.

Одна из них — «Lord Lucan Is Missing» брайтонской панк-группы The Dodgems. Другой, чуть более серьёзный выбор, — «The Logical Song»: песня, отмеченная премией Айвора Новелло, входившая в первую десятку по обе стороны Атлантики, две недели занимавшая первое место в Канаде и ставшая главным хитом Supertramp.

Для Роджера Ходжсона, одного из лидеров Supertramp, это был наивысший комплимент. «Я вырос на Битлз, — говорит он. — Поэтому было чудесно услышать, что Пол Маккартни любит мою песню».

Ходжсон всегда знал, что «The Logical Song» — вещь особенная. «Когда пишешь песню, иногда чувствуешь, что получилось процентов на восемьдесят, — говорит он. — Но с «The Logical Song» у меня было ощущение, что я попал в точку на все сто. Как мелодия, как текст, как аранжировка и как запись — она действительно совершенна в своей завершённости».

«The Logical Song» стала самым большим хитом в карьере Supertramp: песня попала в первую десятку в США и Великобритании, а альбом «Breakfast in America», в который она вошла, превратился в многомиллионный феномен и возглавил чарты.

Кроме того, песня получила престижную премию Айвора Новелло в категории «Лучшая песня с музыкальной и текстовой точки зрения». И, как признаёт Ходжсон, именно содержание текста — не меньше, чем мастерски сделанная музыка, — помогло «The Logical Song» найти отклик у такой огромной аудитории. «Великая песня, — говорит он, — это та, с которой люди могут себя соотнести, которая их трогает, заставляет что-то почувствовать».

В «The Logical Song» Ходжсон опирался на опыт собственного непростого детства и создал экзистенциалистскую поп-рок-классику, где задал самый большой вопрос из всех: в чём смысл жизни.

С тех пор как Supertramp сформировались в 1969 году, творческим ядром группы были Ходжсон и Рик Дэвис. Оба пели ведущие партии и играли на клавишных, а все песни писали они вдвоём. Между Ходжсоном и Дэвисом существовала схема, похожая на ленновско-маккартниевскую в Битлз: они сочиняли по отдельности, но всегда делили авторство. Однако, как сейчас говорит Ходжсон, «The Logical Song» никак не была написана в соавторстве: «Это была именно моя песня».

«The Logical Song» начала складываться в 1978 году. Группа находилась в Лос-Анджелесе и собиралась приступить к записи альбома «Breakfast in America», когда Ходжсон сел один за электрическое пианино Wurlitzer и стал играть последовательность аккордов, с которой время от времени возился уже пару месяцев.

«Эти аккорды у меня были записаны, — говорит он. — И, честно говоря, я не придавал им большого значения. Но однажды, когда я их играл, я услышал мелодию. А когда начал петь эту мелодию, первым словом, которое пришло мне в голову, было liberal».

Ходжсон тут же стал подбирать рифмующиеся слова: intellectual, radical... logical. И в этот момент вся концепция песни встала на место: «Я сразу понял, что хочу сказать. Песня родилась из моих вопросов о том, что в жизни действительно важно. В детстве нас всё время учат, как себя вести, но почти никогда не говорят ничего о более глубокой цели жизни. Мы переходим от невинности и чуда детства к подростковой растерянности, а она часто заканчивается разочарованием во взрослой жизни. И многие из нас потом всю жизнь пытаются вернуться к той невинности».

В «The Logical Song» Ходжсон выступил с жёсткой критикой системы образования. Эту тему он уже затрагивал в «School» — песне с прорывного альбома Supertramp «Crime of the Century» 1974 года, знаковой пластинки прогрессивного рока. Но, как говорит Ходжсон, «The Logical Song» была «очень автобиографичной».

Повествование от первого лица прямо отсылало к его годам в школе-интернате: он был «застенчивым и чувствительным» мальчиком, на которого сильно повлиял развод родителей, когда ему было 12 лет: «Меня отправили прочь, чтобы научить быть благоразумным, логичным, ответственным, практичным / И показали мне мир, где я мог бы стать таким надёжным, клиническим, интеллектуальным, циничным...»

Ходжсон вложил в текст много работы. «Мне нужно было придумать все эти слова, заканчивающиеся на -al, — говорит он. — Так что это был единственный раз, когда при написании текста я заглянул в словарь». А в музыке его внимание к деталям граничило с одержимостью. Основой стал рифф электрического пианино: «В нём было очень ударное, ритмическое ощущение, которое мне ужасно нравилось».

Но когда работа началась в лос-анджелесской студии Village Recorder, Ходжсон стал указывать каждому участнику группы, что именно тот должен играть. «Главным аранжировщиком в группе был я, — говорит он. — Я проходил по всем партиям, вплоть до барабанных сбивок. Это как пазл. Ничего лишнего там быть не должно. Всё было оркестровано, и именно поэтому песня так хорошо работает».

В готовую запись вошли разные звуковые эффекты. Джон Хеллиуэлл, уже сыгравший хрипловатое саксофонное соло, добавил тяжёлый вздох во вступлении и свистнул в свисток, обозначив начало финального фрагмента. А неожиданный комический штрих дала пищалка с сигналом «гол» из электронной футбольной игры Mattel, в которую Рик Дэвис любил играть между дублями. «Мы весь день слышали, как этот звук разносится по студии, — говорит Ходжсон. — Так что мы вставили его в концовку, после того как я спел слово digital».

Из-за перфекционизма Ходжсона на финальное сведение песни ушло две недели. «Я не мог успокоиться, пока всё не стало абсолютно правильно», — говорит он.

Звукорежиссёр Питер Хендерсон вспоминает, как принёс альбом начальству A&M. «Помню, мы сделали пробную пластинку, и её отнесли человеку по имени Марв Борнстайн, который тогда отвечал за контроль качества, — рассказывал он Sound On Sound. — Там началось всё это качание головами и обсуждения между ним и мастеринг-инженером Берни Грундманом. Берни говорил: «Вы тут очень много баса положили», а я отвечал: «Ну, у нас в Англии так делают. Мы любим много баса...»»

По словам Хендерсона, качание головами продолжалось — вместе с обеспокоенными взглядами и негативными комментариями. «Я был уверен, что всё полностью испорчено, — говорил он, — и это буквально была ситуация из серии «моей карьере конец»».

Позже Хендерсон получил Grammy за «Breakfast in America» в категории «Лучший инженерный альбом, неклассическая запись» по итогам 1979 года. После церемонии Берни Грундман подошёл к нему и поздравил. «Я всегда знал, с первого же раза, когда услышал этот альбом, что он выиграет Грэмми», — сказал он.

И всё же результат оправдал средства. Вышедшая летом 1979 года «The Logical Song» была названа Rolling Stone «маленьким шедевром», а её успех превратил Supertramp в суперзвёзд. В 2001 году песня снова стала хитом, когда немецкий техно-проект Scooter активно использовал её сэмпл.

Но важнее всего для Ходжсона то, что песня ничуть не утратила своего смысла.

«Мне было 29, когда я написал «The Logical Song», — говорит он. — Я искал ответы. Жгучий вопрос в этой песне звучал так: «Пожалуйста, скажи мне, кто я». У меня до сих пор нет всех ответов. Но я знал, что где-то есть что-то более глубокое — место покоя. И в конце концов я его нашёл».

Автор статьи: Линдси Золадз

Мой коллега Джон Парелес недавно получил завидную возможность поговорить с Полом Маккартни о его новом альбоме «The Boys of Dungeon Lane», который только что вышел, и обо всей его долгой — и извилистой — карьере. Судя по всему, встреча получилась удачной. «При личном общении Маккартни несёт свои шесть десятилетий славы с удивительным достоинством, — написал Парелес. — Он приветлив и непритязателен, горд, но не высокомерен, и всё ещё удивляется и радуется тому, как сложилась его жизнь музыканта».

Это впечатление вполне совпадает с образом беззаботного оптимиста, который обычно связан с Маккартни. Он был «милым битлом» — хотя, как он сказал Парелесу, это прозвище он ненавидел, — автором жизнерадостных мелодий, который не боялся увлекаться тем, что некоторые критики, а, как утверждают, и сам Джон Леннон, пренебрежительно называли «музыкой для бабушек».

Мне понравилось, что в профиле Парелеса была упомянута и более мрачная сторона авторства Маккартни — та грань его таланта, которую часто заслоняет репутация лёгкого и непринуждённого мелодиста. Иными словами, он может быть человеком, написавшим «Ob-La-Di, Ob-La-Da», но он же написал «Eleanor Rigby» и «Helter Skelter».

«Его мелодический дар может скрывать его более тёмные стороны», — написал Парелес. Он отметил, что, когда попросил Маккартни выбрать несколько менее известных песен, которые тому особенно дороги, музыкант назвал «Daytime Nightime Suffering» и «Arrow Through Me» — две песни Wings 1970-х, в которых есть не только музыкальные повороты, но и тревожные мысли.

Когда Парелес рассказал мне об этой части интервью, мы сошлись на том, что «тёмная сторона Пола Маккартни» могла бы стать интересным плейлистом. Вот он: несколько треков выбрал Джон, несколько — я. Здесь есть уже упомянутые песни Wings, несколько сольных вещей и мой кандидат на звание самой депрессивной песни Битлз всех времён.

Если говорить прежде всего о мелодиях и аранжировках, «тёмная сторона» Пола Маккартни всё равно остаётся довольно светлой. Но стоит прислушаться внимательнее — и вы услышите устойчивый интерес к меланхолии, одиночеству, а иногда и к откровенно мрачным сюжетам.

1. Wings: «Daytime Nightime Suffering»

Как и в «Eleanor Rigby» и «Another Day», в «Daytime Nightime Suffering» Маккартни поёт о неблагодарной женской доле. Изначально песня вышла на стороне B сингла «Goodnight Tonight» 1979 года. На поверхности она звучит бодро: уверенно движется вперёд, голосу Маккартни отвечают весёлые гитарные фразы. Ради музыкального озорства туда даже вставлен эпизод с бессловесными вокальными гармониями в духе Beach Boys. Но финальный вопрос остаётся в голове: «Что она получает за всю любовь, которую отдала тебе?»
Джон Парелес

2. Paul McCartney: «Another Day»

Хотя эта мягкая, покачивающаяся и грустная хроника одинокой, однообразной жизни одной женщины вышла почти через год после альбома «McCartney» 1970 года, именно она стала первым сольным синглом Маккартни. В записи также хорошо слышен характерный бэк-вокал Линды Маккартни. Многие критики встретили «Another Day» пренебрежительно; Джон Леннон тоже довольно прозрачно уколол её в тексте своей песни-нападки на Маккартни «How Do You Sleep?». Но, как и многое в раннем сольном творчестве Маккартни 1970-х, со временем эта песня заслуженно получила более высокую оценку.
Линдси Золадз

3. Wings: «Arrow Through Me»

Боль от предательства возлюбленной будто всё время прорывается наружу в одной из самых гармонически изощрённых песен Маккартни — с альбома Wings «Back to the Egg» 1979 года. В ней есть отсылки к джазовому R&B Стиви Уандера и Earth, Wind & Fire: среди клавишных звучит клавинет, а духовая секция даёт резкий, ломаный риф. Песня была достаточно фанковой, чтобы Эрика Баду в 2010 году опиралась на неё в «Gone Baby, Don’t Be Long». Вокал Маккартни создает впечатление, что всё под контролем, легко взлетает в фальцет, но снова и снова проступает почти необработанная боль.
Джон Парелес

4. Paul & Linda McCartney: «Oh Woman, Oh Why»

Эта сторона B уже упомянутого сингла «Another Day» 1971 года — одна из самых странных и мрачных вещей в огромном каталоге Маккартни. Это блюз-рок о ревнивце, который стреляет в изменившую ему жену, причём со звуковыми эффектами выстрелов. Маккартни поёт её почти одержимо, визжа на самой верхней границе своего диапазона. Не могу вспомнить другой песни Пола Маккартни, где он так сильно напоминал бы Роберта Планта — а местами и Дональда Дака.
Линдси Золадз

5. Paul McCartney: «House of Wax»

В «House of Wax» с альбома «Memory Almost Full» 2007 года Маккартни почти подошёл к готике. Под гулкие минорные фортепианные аккорды, к которым вскоре присоединяются громовые барабаны и мрачные струнные, он поёт апокалиптическую сцену: «Молния бьёт в дом восковых фигур / Женщины кричат и бегут / Чтобы танцевать на поле битвы». На мгновение в песне появляется подъём, когда он поёт об «ответе на всё», — но этот ответ «погребён глубоко под тысячей слоёв», и песня заканчивается почти как траурный марш.
Джон Парелес

6. Paul McCartney: «Deep Deep Feeling»

Даже в каталоге, полном экспериментов, «Deep Deep Feeling» стоит особняком. В этой песне с альбома «McCartney III» 2020 года Маккартни отказывается от привычной формы куплет — припев — куплет и строит трек на сухом ритме и настроении между мукой и восторгом: «глубокая, глубокая боль чувства», которая приходит, когда любишь кого-то «так сильно, что кажется, сердце сейчас разорвётся». Трек звучит тревожно и просторно: начинается почти с одного жёсткого бита, затем постепенно вводит инструменты и вокал — всё исполняет сам Маккартни — и собирает сложную конструкцию перекличек. Потом всё внезапно смолкает, чтобы вернуться в коде с гитарным перебором. Это Маккартни, который идёт туда, куда ведёт его слух.
Джон Парелес

7. The Beatles: «Eleanor Rigby»

Вполне возможно, это самая сокрушительно грустная песня Битлз. «Eleanor Rigby» — сочувственная, яркая в деталях медитация об одиночестве и ода человеку, который обычно не становится героем поп-песни. Большинство композиций Битлз, конечно, были совместной работой, но почти по всем свидетельствам «Eleanor Rigby» была прежде всего детищем Маккартни — хотя с небольшими, но важными вкладами других участников группы и, в этом конкретном случае, бывшего скиффл-музыканта Quarrymen Пита Шоттона.

Как Маккартни написал в прекрасном эссе 2021 года для New Yorker о создании «Eleanor Rigby», для него это действительно ощущалось как прорыв в работе с текстом — как более серьёзная песня. И добавил, с лёгкой гордостью: Аллен Гинзберг сказал ему, что это великое стихотворение, так что он согласен с Алленом. «Он был не промах».
Линдси Золадз

Автор статьи — Иэн Лесли («John and Paul: A Love Story in Songs»)

К 1966 году уставшие, взвинченные и осаждённые поклонниками и противниками Битлз были готовы навсегда отказаться от гастролей. Новая подборка снимков рок-фотографа Джима Маршалла показывает последние концерты группы.

Последний официальный концерт Битлз состоялся 29 августа 1966 года на стадионе Candlestick Park в Сан-Франциско. Фотографии Джима Маршалла запечатлели группу в переломный момент: музыканты уже словно испытывают ностальгию по тому, с чем ещё только собираются расстаться.

За два месяца до этого Битлз закончили запись альбома «Revolver» — блестящей коллекции поп-жемчужин. Уже на следующий день они сели в самолёт и отправились в мировое турне, где не сыграли с новой пластинки ни одной песни. Дело было не в упрямстве: просто ни одна из них не подходила для сцены. На концерте Битлз оставались группой из четырёх человек. Им было бы почти невозможно исполнить перед десятками тысяч зрителей что-то настолько сложное, как «Eleanor Rigby» или «Tomorrow Never Knows».

Через три года после первого хита номер один художественное развитие Битлз разделилось на два направления, и одно из них стало сходить на нет. До их появления пластинка обычно была просто записью живого исполнения. «Please Please Me», первый альбом Битлз, представлял собой набор песен, отточенных на сценах Гамбурга и Ливерпуля. Но сами Битлз уже начали воспринимать студию как самостоятельное творческое пространство — место, где можно экспериментировать со звуком и делать то, чего до них никто не делал. Это увлекало их гораздо больше, чем концерты.

Пока Боб Дилан и The Rolling Stones создавали то, что сегодня мы назвали бы современным рок-концертом, мысли Битлз были уже в другом месте. Поэтому их пластинки стремительно двигались в будущее, а концерты оставались в прошлом. Формат выступления Битлз в 1966 году всё ещё напоминал сборное гастрольное шоу из пяти-шести номеров. Битлз выходили последними, играли стремительный получасовой сет и прощались с публикой.

После первого головокружительного периода мирового успеха гастроли утратили прежний блеск. Когда Битлз не выступали, они были заперты в самолётах, машинах и гостиничных номерах. На сцене поклонники забрасывали их драже — это было далеко не так весело, как может показаться, — а иногда и всем, что попадалось под руку, включая бутылки и обувь. В 1965 году на концерте в Cow Palace в Калифорнии толпа фанатов прорвалась мимо полиции; в давке пострадали 30 человек, в основном девочки-подростки. Джоан Баэз, которая, как и Дилан, к тому времени сблизилась с Битлз, была там: её видели, когда она вытаскивала детей из толпы и уводила их в безопасное место. Не раз перед выступлениями группа получала угрозы.

Когда Джордж Харрисон говорил, что Битлз расплатились за славу и деньги собственной нервной системой, он имел в виду именно это. При этом в каждом городе группа должна была отвечать на дурацкие вопросы на пресс-конференциях, собирая последние запасы обаяния. Музыканты чувствовали себя запертыми внутри публичных образов, которые всё меньше им подходили. Как говорил Джон Леннон: «Мы были Битлз настолько хорошо, насколько это вообще возможно, — теми четырьмя весёлыми парнями. Но мы больше не эти люди. Мы старики».

И всё же перестать гастролировать было непросто. Поп-группа, которая не выступает живьём, тогда казалась почти немыслимой. Гастроли приносили большие деньги и самим Битлз, и целой корпоративной машине агентов, промоутеров и продавцов мерча, выросшей вокруг них. Но, отправляясь в тур в 1966 году, они уже спрашивали себя, стоит ли оно того. Само турне и дало им ответ.

После вялых концертов в ФРГ Битлз отправились в Токио. Там на улицы вышли протестующие, считавшие группу смертельной угрозой японским ценностям; они несли плакаты с надписью «GO HOME BEATLES». На Филиппинах музыканты, сами того не желая, спровоцировали политический скандал, отказавшись прийти на приём к первой леди Имельде Маркос. Когда они уезжали, в аэропорту их оскорбляли и толкали люди из разъярённой толпы. Битлз были напуганы.

В США диджеи глубокого Юга подхватили случайную фразу Леннона о том, что Битлз популярнее Иисуса, и разожгли кампанию ненависти с ритуальными сожжениями пластинок группы. В какой-то момент казалось, что под угрозой оказалась вся их карьера. Битлз, привыкшие к аншлагам, играли на стадионах, где оставались тысячи пустых мест.

Это был самый нервный и мучительный период в их карьере на тот момент. К последнему концерту на Candlestick Park группа уже снова обрела равновесие. Поклонники начали превращать кампанию против Битлз в дерзкую шутку — например, лозунгом «Lennon Saves», то есть «Леннон спасает». Битлз уже сообщили своему менеджеру Брайану Эпстайну, что с гастролями покончено. Пройдя через все скандалы вместе, они стали ближе друг к другу, чем когда-либо, и ещё яснее понимали свой творческий путь. На этих фотографиях они выглядят усталыми, но настроенными получить от последнего концерта всё, что ещё можно. Маккартни попросил помощника записать выступление на плёнку — на память.

В тот вечер они завершили концерт песней «Long Tall Sally» своего героя Литла Ричарда. После поклона их быстро посадили в бронированный фургон и увезли. Впереди начинался новый этап. После перерыва, в ноябре, Битлз собрались на Эбби-роуд, чтобы работать над новой песней Джона, которая должна была получить название «Strawberry Fields Forever».

Книга «The Beatles: Live at Candlestick Park 1966» с фотографиями Джима Маршалла выйдет в издательстве Chronicle Books 11 июня.

Ливерпульский институт исполнительских искусств (LIPA), сооснователем которого является Пол Маккартни, отмечает 30-летие.

К юбилею 7 июня в Ливерпульском филармоническом зале был подготовлен гала-концерт с участием студентов и выпускников. Среди участников — певица Сэнди Том, актриса Лиэнн Бест из сериала «This City is Ours» и Лиз Уайт, известная по «Call the Midwife».

Как отметил Маккартни, за три десятилетия LIPA превратился в «большую блестящую семью, полную творческой энергии». По его словам, дух института всегда заключался в том, чтобы дать шанс таланту.

Директор LIPA Шон Макнамара подчёркивает, что институт — это не «школа славы», а пространство для открытий, творчества и сотрудничества, и именно там будущие музыканты, актёры, режиссёры и команды находят друг друга.

На фестивале Tribeca в Нью-Йорке состоялась мировая премьера документального фильма «threeASFOUR: Full Circle». Показ прошёл 7 июня.

Режиссёром картины стал Шон Оно Леннон. Он работал над фильмом вместе с сорежиссёром Брайаном Гонсалесом; для сына Джона Леннона и Йоко Оно это режиссёрский дебют в полнометражном кино.

Фильм посвящён нью-йоркскому авангардному модному коллективу threeASFOUR и его основателям — Габи Асфуру, Ангеле Донхаузер и Ади Гилу. Их работы соединяют современные технологии и воплощают идею межкультурного единства.

Леннон снимал коллектив более пяти лет. В центре картины — не только показы работ threeASFOUR, но и повседневная борьба независимых художников: долги, неоплаченная аренда и давление индустрии, где коммерческий успех часто оказывается важнее творческого видения.

Фильм «A Hard Day’s Night» может получить новую версию звука — в формате Dolby Atmos. Над ремиксом сейчас работает лауреат премии «Эмми», звукорежиссер Гэри Си Буржуа.

По словам Буржуа, речь идёт не об отдельных песнях, а о переработке звука всего фильма. Версию готовят как для домашнего просмотра, так и для кинотеатров с поддержкой Dolby Atmos.

Буржуа отметил, что работа непростая: оригинал был снят на 16-мм чёрно-белую плёнку, а звук у фильма был полностью монофоническим.

Официального анонса от Apple Corps или Beatles.com пока не было, поэтому дата и формат релиза остаются неподтверждёнными. По данным Showbiz411, проект может выйти осенью 2026 года.

В лос-анджелесском музее The Broad в конце мая открылась выставка Йоко Оно «Music of the Mind». Она представляет японскую художницу как одну из ключевых фигур концептуального и перформативного искусства XX века.

Экспозиция стала первой персональной музейной выставкой Оно в Южной Калифорнии. Она организована совместно с лондонской Tate Modern и будет работать до 11 октября.

На выставке собраны работы, созданные за несколько десятилетий: текстовые инструкции, инсталляции, фильмы, видео, архивные материалы и проекты, связанные с её антивоенной деятельностью. Многие из них требуют участия зрителей и превращают простые действия в жесты мира, памяти и связи между людьми.

Отдельное место занимают ранние «инструкции» Оно — короткие тексты, в которых искусство возникает сначала в воображении зрителя. В The Broad также показывают машинописные черновики её книги «Grapefruit», где такие инструкции распределены по разделам, связанным с музыкой, живописью, событиями, поэзией и объектами.

Во дворе музея оливковые деревья стали частью инсталляции «Wish Trees for Los Angeles»: посетители могут привязать к ветвям собственные пожелания. В экспозицию также вошли материалы об акциях Йоко Оно и Джона Леннона.

Рок-музыкант Пол Маккартни установил новый рекорд по числу альбомов, возглавивших британский хит-парад. Как сообщила компания Official Charts Company, ответственная за составление и публикацию музыкальных чартов в Соединенном Королевстве, его новый диск The Boys of Dungeon Lane стал 24-м сборником песен, попавшим на первую строчку.

"Альбом Пола Маккартни в 24-й раз занял первую строчку в Великобритании, что является невероятным достижением. Он полностью заслуживает звание артиста с наибольшим числом успешных альбомов в истории Official Charts. На протяжении 70 лет музыка Пола находит новые поколения поклонников. Последнее достижение является свидетельством его выдающейся карьеры", - говорится в заявлении управляющих директоров Official Charts Бекки Монахэн и Криса Остина.

Маккартни 15 раз поднимался на первую строчку хит-парада в составе группы The Beatles. Еще два раза он покорял вершину с группой Wings. Кроме того, шесть его сольных альбомов, включая The Boys of Dungeon Lane ("Ребята с Данджен-лейн"), занимали первую позицию в британском хит-параде. Совместный альбом Маккартни и его жены Линды Ram (1971) также поднимался на верхнюю строчку. На втором месте по числу альбомов, возглавлявших хит-парад в Великобритании, находится Робби Уильямс (16).

Новый альбом 29 мая поступил в продажу и стал доступен на основных стриминговых платформах. Это 18-й сольный альбом одного из основателей The Beatles, который получил свое название от улицы в родном для музыканта Ливерпуле, вернее его пригороде - местечке Спик. Сейчас эта улица ведет к аэропорту имени Джона Леннона, названного в честь партнера Маккартни по The Beatles.

Диск с 14 композициями подготовлен при участии американского продюсера Эндрю Уотта, который известен сотрудничеством с группой The Rolling Stones и Элтоном Джоном. Сольный альбом 83-летнего Маккартни включает композицию с его давним партнером по The Beatles барабанщиком Ринго Старром. Песня под названием Home to Us ("Дом для нас") посвящена детским воспоминаниям Маккартни и Старра о Ливерпуле. В качестве бэк-вокалистов к ним присоединились Крисси Хайнд из рок-группы The Pretenders и Шарлин Спитери из шотландского коллектива Texas.

Тодд Рандгрен рассказал, как взялся за «Straight Up» Badfinger после отказа Джорджа Харрисона.

По словам Рандгрена, Харрисон не закончил альбом, а Apple Records пришлось срочно спасать проект.

В то время Тодду было всего 23 года, а Badfinger в начале 1971-го находились на подъёме после «No Matter What»: песня вошла в десятку лучших в США, Канаде, Великобритании и ещё нескольких странах. Теперь группе нужен был успешный альбом, который закрепил бы этот результат.

Таким альбомом стал «Straight Up». Его спродюсировал Рандгрен, а саму пластинку теперь часто называют лучшей работой британского квартета — во многом благодаря двум большим хитам, «Baby Blue» и «Day After Day».

Но, как объясняет Рандгрен, путь оказался совсем не простым. Badfinger — гитаристы Пит Хэм и Джои Молланд, бас-гитарист Том Эванс и барабанщик Майк Гиббинс — к тому моменту уже дважды начинали работу над пластинкой.

Первые сессии прошли в январе 1971 года с Джеффом Эмериком, звукорежиссёром-новатором Битлз на таких альбомах, как «Revolver» и «Sgt. Pepper’s Lonely Hearts Club Band». Эмерик был сопродюсером предыдущего альбома Badfinger «No Dice», куда вошла «No Matter What».

Однако новые записи не устроили американское подразделение Apple.

«Похоже, дистрибьютор остался недоволен, — рассказывает Тодд. — Они не думали, что смогут это продвигать, или не услышали там сингла — что-то в этом роде. И сказали: ладно, начинайте заново. Так группа начала всё сначала уже с Джорджем Харрисоном».

Харрисон взялся за проект примерно через шесть месяцев после выхода своего знакового сольного альбома «All Things Must Pass». Работа началась в мае, но вскоре Джордж полностью переключился на организацию «Концерта для Бангладеш»: его друг Рави Шанкар рассказал ему о гуманитарном кризисе, и этот проект вышел на первый план.

«Они успели сделать, может быть, пять песен, а потом Джордж полностью погрузился в «Концерт для Бангладеш» и сказал группе: всё, я закончил, я не могу этим заниматься. Тогда мне и позвонили — продюсеру номер три. В то время у меня формировалась репутация человека, который работает быстро и без лишней возни. Лейблу нужна была уверенность, что пластинку вообще доведут до конца. Так проект перешёл ко мне», — вспоминает Тодд.

К тому моменту Рандгрен уже заявил о себе как о перспективном продюсере благодаря работе на Bearsville Records — лейбле на севере штата Нью-Йорк, которым руководил менеджер Боба Дилана Альберт Гроссман, — и таким проектам, как альбом The Band «Stage Fright» 1970 года. Он также начал сольную карьеру под именем Runt и выпустил два альбома, где проявились его всё более смелые авторские и продюсерские идеи.

Apple требовала быстрого результата, и Рандгрен стал разбираться с тем, что уже было записано.

«Там был целый альбом Джеффа Эмерика. Думаю, пару вещей мы оттуда взяли, — говорит он. — «Flying» была одной из них. Потом были треки Джорджа Харрисона: часть из них мы использовали, хотя в большинстве пришлось перезаписывать партии. Всё звучало как Фил Спектор. Тогда у Джорджа был именно такой подход».

Спектор, конечно, отвечал за плотную «стену звука» на «All Things Must Pass», и Харрисон принёс похожий метод на сессии Badfinger.

«Когда он продюсировал пластинку Badfinger, он делал все эти спекторские вещи: например, три акустические гитары одновременно, множество наложений, гулкую реверберацию, уже записанную на барабаны, и тому подобное, — объясняет Рандгрен. — Часть этого мне пришлось разбирать. А потом мы записали, наверное, пять новых песен, и среди них была «Baby Blue» — самое первое, что мы записали. Потом мне нужно было как-то сделать так, чтобы всё это звучало как единый альбом».

В итоге Тодд завершал работу уже на Bearsville Studio: «Я увёз всё обратно в Bearsville и каким-то образом добился, чтобы это звучало как одна пластинка. Джеффа Эмерика в титрах не указали, но Джорджа Харрисона почему-то указали в «Day After Day»».

Даже 55 лет спустя это всё ещё его задевает: «Он отказался от проекта. Единственный раз, когда я с ним встретился, он сказал: всё, я закончил. Делай с этим что хочешь. Используй или не используй. По сути, у него не было времени доводить этот проект до конца. До завершения работы над альбомом я больше ничего от него не слышал».

«Straight Up» в итоге дал Badfinger два крупных хита: «Baby Blue» добралась до девятого места в США, а «Day After Day» — до третьего. Хотя критики тогда встретили альбом сдержанно, позже его стали считать лучшей работой группы. В сентябре 2013 года «Baby Blue» пережила мощное возвращение в массовую культуру после того, как прозвучала в финальной сцене сериала «Во все тяжкие».

Рандгрену так и не довелось обсудить этот альбом с Харрисоном: «У меня никогда не было причины с ним пересечься, хотя я много времени проводил на Гавайях. Я всегда приезжал на Кауаи, а он, кажется, жил на Мауи. Но наши пути так и не пересеклись».